Поиск по этому блогу

11 декабря 2015 г.

Якоб Риги. Пиринговое производство как альтернатива капитализму: новый коммунистический горизонт



Основными характеристиками пирингового способа производства являются продуктивные силы информационно-технологической парадигмы, соединенные с кооперацией, основанной на принципе сетевой децентрализации, отсутствие оплачиваемого труда, добровольность вклада и то, что конечная продукция является общим достоянием. Несмотря на то, что пиринговое производство все еще развивающееся явление, его логика явно отлична от логики капитализма. 




Нынешний кризис капитализма вызвал протесты, бунты и революции по всему миру, в которых участвовали 3 миллиарда человек. Даже мейнстримный Time Magazine назвал человеком года «Протестующего». На обложке Time читаем заголовок: «От Арабской весны до Афин, от “Захвати Уолл-стрит” до Москвы». Китай, Чили, Испанию, Англию, Италию, Индию, Израиль, Иран и Францию, среди многих других стран, можно добавить в список очагов последних социальных протестов.


Движения протеста поставили альтернативы капитализму на историческую повестку дня (Hardt and Negri, 2011). В данной статье утверждается, что часть работников умственного труда уже создали новый способ производства, называемый «пиринговым производством» (P2P), который является жизнеспособной альтернативой капитализму. Хотя этот способ производства до сих пор пребывает на стадии формирования и под властью капитализма, пиринговое производство четко отображает основные контуры эгалитарного общества. Сам факт, что группы P2P-активистов и работников ИКТ также активно участвуют в нынешних протестах, может быть хорошим катализатором присоединения тематики P2P к этим движениям.


При пиринговом производстве (P2P) производители коллективно производят продукт на основе добровольного участия в децентрализованной сетевой системе производства. Волонтеры сами выбирают задачи, которые будут выполнять, количество времени, которое они тратят на коллективное производство, место и время их производственной деятельности. Что касается распределения, то кто угодно может использовать продукты бесплатно в соответствии с собственными потребностями, независимо от своего вклада (Benkler, 2006). Этот способ производства очень похож на тот, который Маркс (1978, 1978b) описывается как развитый коммунизм. Таким образом, его также можно назвать кибер-коммунизмом (Kleiner, 2010; Barbrook, 2007; Moglen, 2003).



Пиринговое производство и Марксова фаза развитого коммунизма
Так как история современного пирингового способа производства уже написана (Söderberg, 2008; Raymond, 200; Weber, 2004) я остановлюсь только на двух ключевых моментах, а именно на изобретении GPL (General Public License, Универсальная общественная лицензия) и свободного программного обеспечения (Free Software, FS) Ричардом Столлманом в 1984 году, а также на изобретении онлайн-системы добровольного коллективного сотрудничества Линусом Торвальдсом в 1991 году.


Столлман создал Фонд свободного программного обеспечения, выпустив код под лицензией, которую он назвал Универсальная общественная лицензия (General Public License, GPL). Лицензия GPL гарантирует четыре свободных возможности: запуск программы в любых целях, изучение и настройки программы, распространение копий либо бесплатно, либо за разумную цену, изменения и улучшения программы. Столлман включил в GPL положение о так называемом «копилефте». В соответствии с этим пунктом, любой код, который будет включать в себя компонент, производный от кода, лицензированного по GPL, должен быть также выпущен полностью под лицензией GPL. Копилефт – это диалектическое отрицание авторского права (копирайта), потому что он одновременно сохраняет и упраздняет авторские права (Stallman, 2002).


Значимость лицензии GPL заключается в том, что в ней впервые в истории человечества сформулировано всеобъемлющее всемирное авторское право. Общее существовало с момента рождения человечества в различных формах и среди различных цивилизаций (Marx, 1965; Polanyi, 1992; Ostrom, 1990). Но все общее, за исключением общего знания, всегда было территориализировано, принадлежало конкретным общинам, племенам или государствам. Поэтому, как правило, аутсайдеры были исключены. Лицензия GPL создала всемирно-детерриториализированное, почти всеобъемлющее общее. Она исключает только тех пользователей, которые отказываются выпустить свои собственные продукты под лицензией GPL. GPL была модифицирована и превращена в Open Source Software (OSS) в целях удовлетворения коммерческих интересов. Этот новый протокол обязывает пользователей выпускать под лицензией GPL только те компоненты своей продукции, которые являются производными от GPL-лицензированных продуктов. Владелец может обладать другими компонентами как частной собственностью. То, является ли OSS ухудшенной версией GPL или облегчает распространение P2P, является предметом дискуссий между Столлманом и его последователями с одной стороны, и сторонниками OSS с другой (Raymond, 2001, Weber, 2004).


В этой статье я сосредоточусь только на GPL, потому что она является квинтэссенцией нового глобального и универсального общего знания. Большинство форм знания всегда были универсальным общим. Мертон (1979) утверждал, что наука требует коммунистической формы производства и распределения. Несмотря на исключения из этого правила (шаманы, маги, священники и ремесленники, в частности, пытались сохранить свои тайные знания или передавать их только избранным лицам), именно капитализм и сопутствующие ему режимы авторского права и патентов систематически «огораживали» формы знаний, которые могут приносить прибыль (Boyle, 1996). Когда знание стало одним из основных факторов информационного капитализма, резко появились драконовские режимы авторских прав (Lessig, 2005). Благодаря лицензии GPL/GNU, впервые появилась юридическая и производственная стратегия для производства общего знания и его защиты от вторжения капитализма. В этом смысле инициатива Столлмана было важной вехой в борьбе работников умственного труда против информационного капитализма (Söderberg, 2008).


Линус Торвальдс поднял эту локальную разработку на глобальный уровень, используя в полной мере распределительный потенциал Интернета. Производство Линукса было настоящей революцией в организации сотрудничества между большим числом производителей. Маркс утверждал, что любое научное знание является продуктом коллективного труда (Marx, 1981: 199), так как каждый ученый стоит на плечах предшественников. Но этот коллективный аспект науки был не результатом сознательного и одновременного сотрудничества ученых, а случайной передачей знаний во времени и пространстве. Изобретение Торвальдса позволило с помощью Интернета преодолеть барьеры времени и пространства. Таким образом, оно сделало возможным одновременное, сознательное, добровольное, скоординированное и глобальное сотрудничество большого количества производителей. Сочетание лицензии GPL со способом сотрудничества вокруг Линукса является сущностью пирингового режима производства, что совпадает с общими принципами развитой формы коммунизма, описанными Марксом.


1) Не должно быть эквивалентности между вкладом каждого человека в общественное производство и его долей от общего объема социальных продуктов. Люди будут делать вклад в соответствии со своими способностями, и использовать продукты в соответствии со своими потребностями. Деньги как количественная мера стоимости исчезнут (Marx, 1978b). Деньги не играют никакой роли во внутренней системе пирингового производства, хотя они по-прежнему являются его внешним контекстом и производят на него давление.


2) При развитом коммунизме Маркса разделение труда, а вместе с ним государство и рынок должны исчезнуть (Marx,1978 a, b). При пиринговом производстве разделение труда заменяется распределением труда (Weber, 2004), и логика государства и рынка ставятся под сомнение (см. ниже).
3) Развитой коммунизм, как предвидел Маркс (1978 a), преодолеет отчуждение не только путем отмены логики количественной эквивалентности в области обмена между личностью и обществом и среди людей, и разделение труда, но и позволит отдельным индивидуумам использовать социально произведенные средства производства, чтобы материализовать свои творческие силы. Мои этнографические данные свидетельствуют, что творчество и признание коллег принадлежат к сильнейшим мотивациям пиринговых производителей (см. также Weber, 2004). Söderberg (2008) показывает, как творческий дух пирингового производства преодолевает отчуждение.


На данный момент мы можем поднять следующие вопросы:
1.     Действительно ли пиринговое производство является новым историческим способом производства, или это просто придаток к капиталистическому способу производства?
2.     Каково его отношение к капиталистическому способу производства?
3.     В какой степени пиринговое производство может быть примененным к материальному производству?
4.     Насколько возможно, что оно заменит или вытеснит капиталистический способ производства в целом?



Пиринговое производство как новый исторической способ производства


Позвольте мне кратко обрисовать Марксово понятие способа производства (Marx, 1978c). Производство представляет собой процесс, при котором люди производят продукты по предварительному плану. Эти продукты могут быть материальными, как хлеб; услугами, например уход и образование; информацией и знаниями, например программное обеспечение. Производственные силы состоят из людей, их знаний и навыков, инструментов, которые они используют, материала, на который они воздействуют, существуют и другие материальные условия производства, такие как энергетика, здания и т. д. Производственные отношения являются «определенными» и «необходимыми» отношениями между людьми, которые соответствуют материальной стадии производительных сил. Отношения собственности являются юридическим выражением производственных отношений. Способ производства представляет собой совокупность производительных сил и производственных отношений.


Производительные силы пирингового производства соответствуют тому, что Мануэль Кастельс (2010/1996:70-72) определяет как информационную технологическую парадигму (ИТП). Всеохватывающая ИТП подчеркивает неформальные сетевые связи, гибкость, и характеризуется тем, что технология действует на информацию, информация действует на технологию, и происходит интеграция различных технологий, таких как микроэлектроника, телекоммуникации, оптоэлектроника и компьютеры, в более крупную систему. Важно подчеркнуть, что сами работники умственного труда являются важным компонентом – или важнейшим компонентом – производительных сил ИТП.
Центральная роль информации/знаний и сетевой структуры противоречит по своей сути капиталистическим производственным отношениям. Сетевая логика требует, чтобы знания, производимые в каждом узле глобально интегрированной сети, свободно и горизонтально перетекали во всех направлениях, на все остальные узлы. Знание не является конкурентным благом, его можно произвести без каких-либо дополнительных затрат. Оно также является универсальным в том смысле, что тот же самый фрагмент знаний может одновременно использоваться всеми на всей планете.


Но капитализм препятствует свободному обмену знаниями во всех направлениях в сети. Это правда, что капиталистический способ производства, адаптируясь к ИТП, стал глобальным, и все больше принимает сетевую форму. Тем не менее, сумма всех потенциальных звеньев в сети резко превышает сумму звеньев глобальных сетей капитала. Следовательно, потенциал сети как парадигматической производительной силы нашего времени выходит за пределы капиталистического способа производства (Hardt and Negri, 2000).


То же самое можно сказать и о знании-информации – другой парадигматической производительной силе нашей эры. Знание является универсальным и неконкурентным. Капитал выделяет для себя избранную подсеть общей сети: глобальную сеть накопления капитала. Поток знаний-капитала «огорожен» в этой выбранной подсети. Даже в рамках данной подсети поток знаний не является свободным. Во-первых, в конкуренции между различными транснациональными корпорациями существенные формы знания становятся все более тайными и ревниво оберегаются только в пределах досягаемости небольшого числа дизайнеров и инженеров отдельных предприятий. Во-вторых, коммодифицированные знания могут переходить от одного узла на другой, только если обмениваются на деньги. Иными словами, сама товарная форма является формой «огораживания».


ИТП также противоречит глубоко капиталистической организации производства. Сеть является открытой, и в ней каждый узел может соединяться с любым другим узлом непосредственно и горизонтально.


Это означает, что единицы производства могут стать де-территориальными глобальными открытыми связанными сетями непосредственных производителей, где они взаимодействуют друг с другом горизонтально – хотя может понадобиться посредничество координирующего, – и производить различные товары. Это не что иное, как социальная организация когнитивного пирингового производства. Линукс, который был первой моделью пирингового производства, является практическим примером такой кооперативной сети. Википедия является еще одним примером. Эта модель может быть применена к любой форме когнитивного производства и в значительной степени к материальному производству за счет автоматизации (см. также Bauwens 2011).



Радикальный разрыв с капитализмом


Хотя практически и эмпирически пиринговый способ производства все еще находится под властью капитализма и в большой степени зависит от него (покупка компьютеров и других материалов и сервисов, а также использование их инфраструктуры), его логика прямо противоположна логике капитализма. Ранее я коротко описал основные черты пирингового производства, что соответствуют пониманию Марксом коммунизма. Все эти черты противоречат логике капитализма. Сейчас я покажу детальнее, что логика пирингового производства идет вразрез с разделением труда при капитализме, ведь разделение труда – ключевая составляющая любого способа производства. Для начала стоит отметить, что при пиринговом производстве мы имеем не разделение труда, а распределение труда (Weber, 2004). Способы кооперации и распределения при пиринговом производстве делают и микро- (в границах отдельной производственной единицы), и макро- (среди разных единиц) капиталистические разделения труда избыточными.


Пиринговое производство и микрокапиталистическое разделение труда


Капиталистический менеджмент навязывает рабочим техническое разделение труда уже на уровне завода. Капиталисты (или их менеджеры) собирают рабочих вместе под одной крышей, расставляют на определенные позиции на линии разделения труда и управляют ими.


Кооперация между рабочими – продукт капитала (Marx, 1976). Изобретение машин усовершенствовало техническое разделение труда, ведя к тейлоризму, когда капитал, используя научные методы, стал полным деспотом по отношению к труду (Braverman, 1974). Разрабатывающие гипотезу постфордизма ученые утверждают, что постфордизм превзошел тейлоризм в том, что касается улучшения имеющихся у рабочих навыков и включения рабочих в процесс принятия решений (Amin, 1994). Подобные заявление делаются также относительно так называемой японизации (Kaplinsky, 1988). Но все эти заявления, даже в самом лучшем случае, весьма противоречивы (Castells, 2010/1996). Многие утверждают, что тейлоризм до сих является преобладающей формой организации трудового процесса (Tomaney, 1994; Huws, 2003). Но вне зависимости от обоснованности постфордистской гипотезы, можно уверенно утверждать, что труд все еще является заключенным в закрытых пространствах и что им деспотически управляют представители капитала. Тогда как отдельно взятая небольшая группа рабочих может наслаждаться частичной автономией, основной рабочий процесс централизован менеджерами, которые интегрируют работу отдельных рабочих в общий кооперативный рабочий процесс. Андре Горц (1999: глава 2), защитник постфордистской гипотезы, считает, что постфордизм заменил тейлористский безличный и механичный деспотизм новыми формами персонального порабощения. Индивидуальные производители не выбирают себе заданий, темпа производства, времени и места работы. Другими словами, рабочий процесс микротерриториализировано: и пространственно, и темпорально. В этом отношении контраст с пиринговым производством особенно бросается в глаза. В пиринговой кооперации рабочий процесс всеобъемлюще детерриториализирован: и в смысле пространства, и времени.
Все более и более сложный рост иерархических микроразделений труда, являющийся весомым фактором роста продуктивности индустриального труда, является также и помехой продуктивности для когнитивного труда. Брук (1975) доказал, что при централизованной организации увеличение количества инженеров, работающих над определенной проблемой в программном обеспечении, приводит к снижению эффективности, так как приводит к экспоненциальному росту ненужных сложностей. Реймонд (2001) продемонстрировал, что при децентрализованной сетевой пиринговой кооперации такого не происходит. В этом случае увеличение количества рабочих и повышает эффективность, и улучшает продукт. Эта гипотеза может быть правдивой относительно всех форм когнитивного производства.


Добровольная сетевая онлайновая кооперация подрывает нисходящую логику капиталистического менеджмента, являющуюся также логикой капиталистического государства. Однако в пиринговом производстве все же есть одна форма «централизованного» контроля. В конечном счете, разработка каждого проекта контролируется индивидом или группой индивидов, запустивших проект в сеть. При разногласиях окончательное слово остается именно за ними, хотя имеют место и пространные дискуссии. Тем не менее, если другим не нравится принятое лидерами решение, они могут скопировать весь проект и развить его в том направлении, что им по душе. Является ли эта форма «централизации» последствием окружающей капиталистической среды, или же она присуща пиринговому производству как таковому, еще предстоит исследовать (O’Neil, 2009).



Пиринговое производство и макрокапиталистическое разделение труда


Что касается макрокапиталистического разделения, то различные единицы производства непосредственно не соединены друг с другом иначе как через посредничество рынка. Рабочие обменивают свой труд на зарплату, и продукты их труда становятся товарами, которыми обладают капиталисты, и продаются на рынке. Труд различных непосредственных производителей разных единиц и отраслей производства соединён лишь в этом смысле, когда он становится частью общего социального труда некоего общества. Каждая единица производства становится компонентом общего капиталистического макроразделения труда лишь в той мере, в какой произведённые ею товары продаются на рынке. Продукты же пирингового производства по умолчанию являются универсально общими.


Хотя Универсальная общественная лицензия (GPL) и разрешает продажу своих продуктов, как подсказывает здравый смысл, никто не платит за продукты, доступные бесплатно. Коммерческое использование продуктов пирингового производства не делает их товарами, так как пользователь за них не платит и, следовательно, они не входят в затраты на производство его собственных товаров. Из этого следует, что общая сумма затраченного на различные формы пирингового производства труда находится вне капиталистического разделения труда в обществе и ограничивает его. На данном этапе пиринговое производство также ограничено товарной формой, поскольку большинство средств производства – товары, а участникам пирингового производства требуется зарабатывать деньги. Общество с развитым пиринговым производством будет несовместимо с деньгами и товарами. Товарная форма необходимо ограничивает свободу, гарантированную универсальной общественной лицензией (этого вывода можно достичь также если использовать Марксову теорию стоимости; однако для этого потребуется развить длинный аргумент, на который в данном случае нет места).


В итоге, можно сказать, что основными характеристиками пирингового способа производства являются продуктивные силы информационно-технологической парадигмы (ИТП), соединенные с кооперацией, основанной на принципе сетевой децентрализации, отсутствие оплачиваемого труда, добровольность вклада и то, что конечная продукция является общим достоянием. Несмотря на то, что пиринговое производство все еще развивающееся явление, его логика явно отлична от логики капитализма. Логика пирингового производства выкристаллизировалась как ответная реакция на требования новых продуктивных сил. Следовательно, сложно переоценить ее историческую важность, актуальность и новизну. Капиталистический способ производства – преграда для свободной реализации возможностей знания в эпоху интернета. Он ограничивает и человеческую способность к творчеству, и развитие работников умственного труда вообще. Поэтому неслучайно часть работников умственного труда восстала против капиталистического способа производства, запустив пиринговое производство. Сёдерберг (Söderberg 2008) считает это формой классовой борьбы.



Отношения пирингового производства с капитализмом


Новое общественное производство состоит из отдельных островков в море капиталистического способа производства. Как уже было сказано ранее, их отношения – это отношения взаимозависимости и противоборства. Общественное производство зависит от капитализма в том смысле, что оно нуждается в средствах для производства и зарплате для своих участников. С другой стороны, капитализм одновременно использует находящуюся в общем доступе продукцию общественного производства бесплатно.


Марксисты различают способ производства и общественную формацию. Общественная формация – это единая социо-экономическо-идеологическая/культурная система. В ней могут сосуществовать более чем один способ производства. Но при этом один способ производства является господствующим, и его императивы в итоге и определяют характеристики общественной формации. В этом смысле можно говорить про феодальную или капиталистическую общественную формацию как отличные от феодального или капиталистического способов производства. Хотя господствующий способ производства и доминирует над другими, он все же неспособен разрушить их специфические логики. Постоянная зависимость и напряжение между господствующим способ производства и подлежащими придает общественной формации динамичность, делая ее неравномерным и комплексным явлением.


Капиталистическая общественная формация прошла (и проходит до сих пор) три частично совпадающих друг с другом во времени этапа: возникновения, господства и упадка. Во время своего зарождения (1850-1950) капиталистический способ производства повсеместно господствовал над феодальным, домашним и другими докапиталистическими способами производства, извлекая из них труд и стоимость (Mandel, 1972: Глава 2 ). На втором этапе (1950-1980) капиталистический способ производства основательно пошатнул докапиталистические способы производства, заменив их собой. Капитализм развивался интенсивно, проникая во все новые сферы производственной деятельности, и экстенсивно, завоевывая весь мир. Третий этап (1980-до сегодня) характеризуется возникновением информационно-технологической парадигмы и общественного способа производства в рамках капиталистической общественной формации. Этот период описывают как «общества сети» (Network Society – Castells, 2010/1997 ), «империи» (Hardt and Negri, 2000) и так далее.


Хотя пиринговый способ производства все еще находится под властью капитализма, его противостояние с капитализмом отличается от противостояния докапиталистических способ производства. В то время как на двух первых этапах капитализм представлял собой новые продуктивные силы, в третьей фазе именно пиринговое производство является новым, формирующимся способом производства, а капитализм постепенно приближается к упадку. Если пиринговое производство превзойдет капитализм, мы станем свидетелями фазы развития общественной формации пирингового производства. Я не хочу создавать впечатление, что победа пирингового производства над капитализмом является либо последствием плавного эволюционного процесса, либо неизбежна. Это зависит от многих обстоятельств, от направлений современной социальный борьбы и ее последствий, в том числе от борьбы сообществ пирингового производства. Этому вопросу будет посвящена заключительная часть статьи, последующая же анализирует, может ли современное общественное производство распространиться на материальную продукцию.



Можно ли организовать материальное производство и распространение с помощью пирингового производства?


На сегодня общественный способ производства (пиринговое производство) распространился и на области, отличные от сферы программного обеспечения, например на сферы производства символов и знаков (см. Веб-сайт P2P Foundation). Бауенс (Bauwens 2011) утверждает, что пиринговое производство распространяется на сферы дизайна и обрабатывающей промышленности. В 2005 году Эдриан Бауйер (Adrian Bowyer 2006) и соавторы идеи запустили в открытый доступ проект 3D-принтера, который сейчас уже воспроизводит сам себя. В самом деле, пиринговое производство может быть распространено на большинство сфер материального производства. В основе этой трансформации будет автоматизация, хотя она и не является необходимым условием пирингового производства. При полной автоматизации производства пиринговое производство когнитивного фактора (исследования и развитие, дизайн и программное обеспечение) приведет к тому, что материальное производство постепенно подпадет под власть пирингового производства. Капиталистическая автоматизация приводит к потере рабочего места и деградации работы. Но автоматизация в общественной формации пирингового производства не обязательно приведет к подобным последствиям. Трудоустройство не будет иметь значения, поэтому автоматизация создаст для человечества большое количество свободного времени. Его можно будет использовать для коллективного производства знания, тратить на образование и заботу.


Из-за ограниченности и неравного распределения по планете стратегически важных материальных ресурсов, справедливое глобальное распределение этих ресурсов станет значительным вызовом для всемирного общества пирингового производства. Аналогично, естественная ограниченность сырья ограничит материальные богатства, и потребуются правила их распределения. Но критерием распределения и для мирового сообщества, и для каждого локального сообщества не может быть трудовой вклад индивидов или сообществ, потому что когнитивная работа является коллективной в мировом масштабе, и она не имеет и не создает меновой стоимости. Лишь потребности индивидов и сообществ, демократически определенные самими сообществами, могут быть критерием для распределения. Я не буду сейчас размышлять над правилами глобального пирингового распределения сырья, но кажется разумным предположить, что если знания, как фактор производства, станут бесплатной общей собственностью всего человечества, за ним последуют и стратегические природные ресурсы. Экологическое движение уже определило землю и атмосферу как глобальную общность (global commons) (Rabinowitz, 2010). Общая собственность и общее использование природы – в частности земли – всем человечеством станут основным вызовом, брошенным обществу пирингового производства и, подобным образом, всему человечеству. Следовательно, защита природы станет основным приоритетом для глобального общества пирингового производства.



Возможности для установления общества пирингового производства: роль борьбы


Капитализм сегодня пребывает в глубоком кризисе. Существует мировое антикапиталистическое движение. Более того, технологический базис для создания полноценного общества пирингового производства существует уже сейчас, а значительное количество образованных работников с энтузиазмом пытаются расширить пиринговое производство. Тем не менее, нет никаких гарантий, что пиринговое производство автоматически возобладает над капитализмом. Тим Ву (Tim Wu, 2010) утверждает, что государственные и корпоративные империи будут сражаться изо всех сил за то, чтобы поставить информационные технологии под свой контроль, как они уже однажды сделали с радиотехнологиями. Но успех государства и капитала в препятствовании тому, чтобы пиринговое производство стало господствующим способом производства, не гарантирован заранее. Возможен любой исход в зависимости от результатов социальной борьбы. Если движение за пиринговое производство будет поддержано всеми другими социальными движениями множеств, то оно может одержать победу. Социальная борьба также определит, какой тип общества пирингового производства у нас будет.


Какие в этом случае имеются возможности для установления пирингового производства в качестве господствующего способа производства? Будет ли оно развиваться параллельно с капитализмом, пока не обгонит его? Или его развитие будет намного более сложным, отмеченным взлетами, падениями и временными неудачами? Станет ли социальная революция, которая экспроприирует у капиталистов стратегические средства производства, условием для того, чтобы пиринговое производство стало господствующим? Какой будет роль социальной борьбы и человеческого сознания во внедрении пирингового производства? Ответ на эти вопросы требует коллективных усилий. Здесь достаточно сказать, что «идея коммунизма» снова становится популярной. Однако недостаточно, хотя и действительно необходимо, сказать, что «другой коммунизм возможен» (Harvey, 2010:259), важно представить себе общие контуры коммунистического производства. В этом и заключается историческое и политическое значение пирингового производства. Оно представляет собой, хоть и в зачаточной форме, модель коммунистического производства и распределения. Успех этого способа производства, безусловно, зависит от сопутствующей социальной борьбы. Каковы же сильные и слабые стороны движения за пиринговое производство? Его сила основывается на том, что это продуктивная практика.


Его слабость, как отмечает Сёдерберг (Söderberg 2008), состоит в том, что большинству участников пирингового производства не хватает четкого антикапиталистического (не говоря уже о коммунистическом) сознания. Как отмечалось выше, некоторые авторы, например Моглен (Moglen, 2003), Барбрук (Barbrook, 2007) и Клейнер (Kleiner, 2010), определяют это движение как коммунистическое. Однако участие в таком производстве обычно мотивировано личными причинами, например желанием улучшить свои навыки или сделать что-то захватывающее и творческое. Тем не менее, участники понимают и ценят тот факт, что они производят общее. Несмотря на отсутствие открытого коммунистического видения, мои этнографические наблюдения показывают, что участники имеют и культивируют прогрессивные взгляды: ценят сотрудничество, предпочитают креативность и счастье деньгам и карьеризму, беспокоятся об экологии, отдают предпочтение общим интересам вместо личных, имеют антипатию к консьюмеризму и уделяют внимание бедным людям и странам третьего мира. Например, активисты помогали иранским, тунисским, египетским и сирийским активистам организовать сетевое публичное пространство.


Сообщества пирингового производства развили прогрессивные и гуманистические моральные установки. Члены таких сообществ не любят хвастовство, саморекламу, нечестность и расчетливые манипуляции. В целом, рядом с признанием роли индивидов и поощрением их взносов, все же довольно сильна общая заинтересованность в поддержании и развитии пиринговых продуктивных сообществ. Нет сомнений в том, что образование прочной коллективистской и прогрессивной культуры, которая органически вырастет из пирингового способа производства и других социальных движений, будет иметь большое значение для создания коммунистического общества. Несмотря на всю важность прогрессивной культуры-в-производстве (culture-in-making), она не может восполнить недостаток четкого прагматического видения и постоянной качественной теоретической критики капитализма среди участников.


Недостаток четкого коллективистского видения вместе с господствующим капиталистическим окружением делает пиринговое производство уязвимым к посягательствам капитализма. Много проектов, которые начинались в рамках пирингового производства, были перенаправлены в капиталистическое русло. Распространение четкого коммунистического видения между участниками пирингового производства будет чрезвычайно важным для продвижения нового способа производства в этих условиях. Нет сомнений в том, что среди производителей в пиринговом производстве есть и группы с коммунистическим самосознанием. Эта коммунистическая группа должна проводить бескомпромиссную теоретическую и критическую борьбу в рамках движения пирингового способа производства. Однако такая борьба должна вестись в дружественном тоне и избегать сектантства. Коммунисты не должны противопоставлять себя некоммунистическим участникам движения пирингового производства. На самом деле, как отмечает Барбрук (Barbrook 2007), все, кто вносит вклад в пиринговое производство, вовлечены в коммунистическую материальную практику независимо от их отношения к коммунизму. Задача коммунистов состоит в том, чтобы описать и теоретизировать эту практику, а также критиковать капитализм на основании этой практики. Само пиринговое производство уже создало незаурядную процедуру продвижения критической дискуссии среди его участников. В интернете открыто и публично отмечается, оценивается и анализируется вклад каждого из участников в производство. В сообществах пирингового производства эта процедура также может быть использована (и уже в некоторой степени используется) для политических, теоретических и идеологических дебатов.


В дополнение к нехватке классового сознания среди участников пирингового производства и, возможно, как результат этого, мы можем наблюдать отсутствие устойчивых связей/союзов между ними и другими прогрессивными социальными движениями, что является другой слабостью движения за пиринговое производство. Это является слабостью и других социальных движений. Союз между сознательным движением за пиринговое производство и другими социальными движениями с антисистемным потенциалом и целями усилил бы обе стороны. Пиринговое производство получило бы поддержку в своей борьбе со все более драконовским режимом копирайта, который внедряется на протяжении последних 30 лет. Пиринговое производство, с другой стороны, дало бы другим социальным движениям модели более справедливой, демократической и экологической альтернативы сотрудничества в сфере производства, в публичной сфере и самоуправлении, а также позволило бы реализовать индивидуальную свободу и креативность. Сам факт того, что «Оккупай Уолл-стрит» было инициировано Adbusters и Анонимусами, и то, что его децентрализованная/сетевая форма организации, наряду с движением Индигнадос, так похожа на структуру пирингового производства, действительно очень обнадеживает.


Без сомнения, часть движения пирингового производства ассоциирует свою практику с более широким рядом вопросов относительно справедливости, свободы, общего блага и демократии. Они также принимают участие в более общих движениях. Академические левые и левые активисты, с другой стороны, до сих пор не поняли исторической новизны и значения пирингового производства. Они, как правило, преуменьшают значение пирингового производства, считая его или хобби некоторых яппи, или же эпифеноменом на окраинах капиталистического способа производства. Другие преуменьшают его значение, утверждая, что помидоры или огурцы не могут быть произведены с помощью пирингового производства. Они игнорируют тот факт, что технологии и науки о жизни, в частности микробиология, и в том числе секвенирование ДНК, которое становятся все более важными для сельского хозяйства, могут быть получены через сотрудничество в рамках пирингового производства. Еще один аргумент — такой себе постколониальный аргумент — предполагает, что компьютеры, информационные технологии и 3D-принтеры являются исключительной роскошью привилегированных. Хотя до некоторой степени это верно, все же это не статистический факт. Группы угнетенных борются за то, чтобы использовать информационные технологии в своих целях. Сапатисты использовали Интернет для мобилизации глобальной поддержки. В последнее время китайские рабочие-мигранты, иранские экологи и активисты в Египте, Тунисе и Сирии использовали Интернет для того, чтобы распространить информацию о своих протестах. Ноутбуки и мобильные телефоны, имеющие функции компьютеров, дешевеют, а значит – становятся все более доступными для многих, хотя и не для всех на Глобальном юге. То же самое можно сказать и о 3D-принтерах. Левые должны признать борьбу за знания новым главным полем социальной борьбы и отдать пиринговому производству полагающееся ему место.


В 2011 году мир был охвачен массовым протестным движением. Что будет, если подобные протестные движения поставят на повестку дня экспроприацию основных средств производства и их реорганизацию по модели пиринговой кооперации?




Перевод Володимира Артюха, Дафни Рачок, Івана Шматка


Библиография
Amin, A. (1994) (ed.) Post-Fordism, Oxford: Blackwell.
Barbrook, R. (2007) ‘Cybercommunism: How the Americans Are Superseding Capitalism in Cyberspace’. http://www.imaginaryfutures.net/2007/18by-richard-barbrook/.
Bauwens, M (2011) ‘Open Design and Manufacturing’ WE_Magazine.
Benkler, Y. (2006) The Wealth of Networks: How Social Production Transforms Market and Freedom, New Haven: Yale UP.
Boyle, J. (1996) Shamans, Software and Spleens: Law and the Construction of Information Society, Cambridge Mass: Harvard UP.
Bowyer, A. (2006) ‘The Self-replicating Rapid Prototyper – Manufacturing for the Masses’. http://reprap.org/wiki.Philopsphy Page. Dowloaded. 2/26. 2011
Braverman, H. (1974) Labor and Monopoly Capital: Degradation of Work in the Twentieth Century, New York: Monthly Review Press.
Brook, F. (1975) The Mythical Man-Month: Essays on Software Engineering, Reading, Mass: Addison-Weley.
Castells, M. (2010/1996) The Rise of the Network Society, Oxford: Wiley – Blackwell.
Gorz, A. (1999) Reclaiming Work, Cambridge: Polity Press.
Hardt, M., and Negri, A. (2011) ‘What to Expect in 2011’. Adbusters.
Hardt, M. and Negri, A. (2000) Empire, Cambridge Mass: Harvard UP.
Harvy, D. (2010) The Enigma of Capital, London: Profile Books.
Huws, U. (2003) The Making of Cybertariat: Virtual Work in the Real World, New York: Monthly Review Press.
Kaplinsky, R. (1988) ‘Restructuring Capitalist Labour Process’. Cambridge Journal of Economic,12: 541-70.
Kleiner, D. (2010) Telekommunist Manifesto, Amsterdam: Institute of Network Cultures.
Lessig, L. (2005) Free Culture: The Nature and Future of Creativity, Penguin Books.
Mandel, L. (1970) Late Capitalism, London: Verso.
Marx, K. (1965) Pre/Capitalist Economic Formations, New York: International Publication.
Marx, K. (1978a) ‘Enstranged Labour’ in Tucker, R.C. (ed.) Marx and Engels Reader, New York: Norton and Company.
Marx, K. (1978b) ‘Critique of Gotha Programme’ in Tucker, R.C. (ed.) Marx and Engels Reader, New York: Norton and Company.
Marx, K. (1978c) ‘Preface to A Contribution to the Critique of Political Economy’ in Tucker, R.C. (ed.) Marx and Engels Reader, New York: Norton and Company.
Marx, K. (1976) Capital Vol. I, Penguin Books.
Marx, K. (1978) Capital Vol .II, Penguin Books.
Marx, K. (1981) Capital Vol. III, Penguin Books.
Merton, K. (1979) The Sociology of Science: Theoretical and Empirical Investigations, Chicago UP.
Merton, K. (1996) On Social Structure and Science, Chicago: Chicago UP.
Moglen, E. (2003) dtCommunist Manifesto http://www.emoglen.law.columbia.ed/my_pubs/dcm.html.
O’Neil, M. (2009) Cyberchiefs: Autonomy and Authority in Online Tribe: London: Pluto Press.
Ostrom, E. (1990) Govening the Commons: The Evolution of Institutions for Collective Action,
Raymond, E. (2001) The Cthedral and the Bazaar:Musing on Linux and Open Source bt anAccidental Revolutionary, Sebastopol: O’Reilly.
Rigi, J. (2011) ‘Peer to Peer Production and Advanced Communism: The Alternative to Capitalism’ Unpublished ms.
Rabinowitz, D. (2010) ‘Ostrom, the commons, and the anthropology of “earthlings” and their atmosphere’Focaal: Journal of Global and Historical Anthropology, 57:104-108.
Soderberg, J (2008) Hacking Capitalism: The Free and Oen Source Software Movement, New York: Routledge.
Stallman, R. (2002) Free Software, Free Society, Boston: GNU Press.
Tamney, J. (1994) ‘A New Paradigm of Work Organization and Technilogy’ in Amim, A. (ed.) Post-Fordism, Oxford: Blackwell.
Weber, S. (2004) The Success of Open Source, Cambridge Mass: Harvard UP.
Wu, T. (2010) The Master of Switch: The Rise and Fall of Information Enterprises, New York: Knof.

Впервые опубликовано здесь


Комментариев нет:

Отправить комментарий