Поиск по этому блогу

18 января 2014 г.

Александр Берегов. Шерлок, как консервативный герой


Шерлоку незнакома бедность, деньги не заботят его в той же мере, как доктора Ватсона, который вынужден в одной из серий устроится работать в поликлинику. На протяжении всех сезонов Шерлок работает на банкиров из Сити, полицию, королевскую семью, богатого наследники военного исследователя из Баскервиля. Попутно он, конечно, может разгадать тайну пропавшего кролика по кличке Бубенчик, но все это воспринимается не более, чем чудачество. Проблемы простых людей ему мало интересны и дело тут не только в пресловутой социопатии. 








Легкое помешательство, вызванное выходом на экраны долгожданного продолжения британского сериала «Шерлок», не обошло стороной и Россию. Мы привыкли гордиться фильмом Игоря Масленникова с неподражаемым Василием Ливановым в роли Шерлока Холмса и Виталием Соломиным в качестве доктора Ватсона, которым удалось, кажется, лучше всех передать дух викторианской Англии. В 2010 году у отечественного сериала, наконец, появился достойный конкурент. «Шерлок» стал совместным детищем сценаристов Стивена Моффата и Марка Гэтисса, каждый из которых уже попробовал себя в адаптации викторианской литературы для современного телевидения. Им удалось сделать невозможное — вдохнуть новую жизнь в, кажется, уже изрядно попользованную историю.


Холмс-Хаус-Шерлок

Приключений Шерлока Холмса и доктора Ватсона — один из самых долгоиграющих сюжетов в массовой культуре. В отличие от своих подзабытых конкурентов, — в лице Огюста Дюпена или Фантомаса, — неутомимый сыщик с Бейкер-стрит 221б продолжает возрождаться с завидной регулярностью. Еще совсем недавно его призрак явственно присутствовал в сериале о похождениях хамоватого доктора Хауса, который не только успешно определял самые таинственные заболевания, но даже жил в доме с литерами 221б. И вот усилиями двух британских сценаристов бестелесная субстанция великого сыщика обрела плоть и кровь Бенедикта Камбербэтча, а его бессменного компаньона блестяще воплотил Мартин Фримен.
Изюминкой нового сериала стало то, что его создатели попытались сконструировать мир, в котором никогда не было сэра Артура Конан Дойля, но зато существует детектив-консультант Шерлок, ведущий блог посвященный дедукции, использующий смартфон чаще, чем лупу и носящий никотиновый пластырь вместо, казалось бы, неизменной трубки. Пару ему составил отставной армейский врач Джон Ватсон, раненый в Афганистане и страдающий, по мнению лечащего психиатра, психосоматическим расстройством и в качестве рекомендуемой терапии так же ведущий блог. Стоит отметить, что оба блога действительно легко обнаруживаются в сети, что придает сериалу дополнительный шарм.


Разворачивающиеся вслед за классической встречей двух героев детективные истории, изрядно сдобренные юмором, являются, пожалуй, одним из самых трогательных признаний в любви к классике детективного жанра. Знакомые по книгам Конан Дойля сюжеты благодаря мастерству Стивена Моффата и Марка Гэтисса теряют свою викторианскую архаичность и вполне органично вписываются в современную британскую жизнь. Создателям «Шерлока» удалось выдержать золотую середину между необходимыми нововведениями и верностью оригиналу. Поэтому, когда миссис Хадсон интересуется, нужна ли ее постояльцам общая спальня — это не выглядит пошло. В свою очередь, классическое рассуждение Шерлока о принципах функционирования его мозга, — где конан-дойловский чердак заменён на жесткий диск, с которого немедленно удаляется вся ненужная информация, — вызывает улыбку у всякого, кто читал истории о великом сыщике.
Первые два сезона сериала создали вокруг «Шерлока» вполне заслуженный культ и широкий круг преданных любителей. То, что фильм полюбился зрителям, стало ясно в конце второго сезона, когда создатели поторопились убить главного героя, который, как и положено, разбивается после схватки со своим заклятым врагом злодеем-консультантом Мориарти.



The last but not the least


Мировая паутина незамедлительно отреагировала на смерть и чудесное воскрешение Шерлока сотнями версий. Неслучайно, что премьеру третьего сезона, — съемки которого задержались из-за плотного съемочного графика ведущих актеров в других фильмах, — посмотрели 9,2 миллиона человек. Однако создатели сериала не собирались использовать одни и те же повествовательные приемы в третий раз. Сюжетные линии нового сезона выстроены не столько вокруг разгадывания детективных историй, которые, — исключая последний эпизод, — задвинуты на задний план, сколько вокруг раскрытия характеров главных героев.
Первая серия третьего сезона — дань уважения всем поклонникам сериала, пытавшимся разгадать тайну чудесного спасения Шерлока. На протяжении фильма нам показывают с десяток различных версий, но так и не говорят, какая из них настоящая.


Вторая серия посвящена свадьбе Джона Ватсона и Мэри, где Шерлоку отведена роль шафера. Череда юмористических гэгов и эмоциональных переживаний героев напрочь затмевает здесь детективную составляющую. Мы много узнаем о характерах героев и даже видим пьяного Холмса, которого тошнит на ковер клиентов, но зрители явно жаждут от фильма другого и рейтинг сериала несколько проседает.


Впрочем, заключительная серия расставляет все точки над i. История Чарльза Огастеса Милвертона, — вымогателя и профессионального шантажиста, скупающего компромат на сильных мира сего, — плавно превращается в историю о Карле-Августе Магнуссене. Этаком гибриде Руперта Мёрдока и Джулиана Ассанжа, который следит в равной степени и за сильными мира сего и за самыми заурядными миссис хадсонами и джонами ватсонами. Шерлок вступает в противоборство с этим противником и одерживает пусть пиррову, но победу. И здесь возникает закономерный вопрос о политическом смысле сериала.



Герой какого класса?


Живучесть Шерлока Холмса, — появившегося на свет в конце XIX века и продолжающего приковывать к себе внимание в веке XXI-м, — невозможно списать на свойственную народу жажду героя. Холмс — продукт эпохи становления промышленного капитализма, массового выпуска продукции, зарождающейся массовой культуры, формирующих общество, «в котором человек становится лишь «номером таким-то» в больших организационных структурах (узурпирующих право на принятие решений), он лишен средств производства, а следовательно, и возможности принимать решения. Его личная физическая сила постоянно терпит унижение перед лицом мощных машин… В таком обществе положительный герой должен воплощать в наивысшей степени ту потребность в силе, которую средний гражданин испытывает, но не может удовлетворить»(1).


Исключительный аналитический талан Холмса был востребован читателями викторианской Англии, погрязшей в социальных и классовых противоречиях, ровно так же, как и в современной Британии, переживающей вместе с остальным миром очередной кризис капитализма. А для того чтобы рядовой зритель не задохнулся в разряженной атмосфере интеллекта Шерлока, в книге и фильме присутствует простоватый доктор Ватсон. Добавим сюда свойственную сериалам предсказуемость сюжета, — в сущности, еще до начала просмотра мы знаем, что Шерлок распутает все тайны, — сдобренного эксцентричными выходками персонажей. Все это создает основу успеха, как оригинальных книг, так и любых производных историй о детективе с Бейкер-стрит.


Что касается главного героя «Шерлока», то мы видим перед собой типичного «чудака из богатой семьи». Получившего приличное образование, — его однокурсник, как мы видим в одной из серий, с успехом работает в самом сердце Лондонского Сити, — чей брат является теневым лидером британского правительства (напомню, что сейчас это альянс консерваторов и либералов) и секретной службы. Шерлоку незнакома бедность, деньги не заботят его в той же мере, как доктора Ватсона, который вынужден в одной из серий устроится работать в поликлинику. На протяжении всех сезонов Шерлок работает на банкиров из Сити, полицию, королевскую семью, богатого наследники военного исследователя из Баскервиля. Попутно он, конечно, может разгадать тайну пропавшего кролика по кличке Бубенчик, но все это воспринимается не более, чем чудачество. Вроде любви к велосипедной езде нынешнего мэра Лондона, консерватора Бориса Джонсона. Проблемы простых людей ему мало интересны и дело тут не только в пресловутой социопатии. 


Шерлок при всех его талантах и чудаковатостях не меньший конформист, чем доктор Ватсон. Этот отставной служака ничуть не обеспокоен вопросом о том, ради чего он проливал кровь в Афганистане. Более того, подсознательно он желает продолжения и утоляет свою страсть, помогая Холмсу в расследованиях. Даже супруга Ватсона, — Мэри, — оказывается если не Джемсом Бондом в юбке, то уж точно Феликсом Лейтером. Да и сам Шерлок с его вояжами в Восточную Европу, — естественно полную опасностей и дикостей, как всякий ориенталистский Восток, — опасно приближается к агенту 007.


Подобно Бонду он ничуть не рефлексирует по поводу заданий, которые дает ему старший брат Майкрофт, а точнее — британское правительство. Он спасает честь королевской семьи, борется с террористами, связанными с Северной Кореей и мечтающими взорвать Парламент в момент обсуждения очередного антитеррористического закона, расширяющего контроль над обществом. Наконец он разрушает медиа империю шантажиста Карла-Августа Магнуссена, но в упор не замечает видеокамер, следящих за каждым лондонцем. Майкрофт Холмс демонстрирует их возможности доктору Ватсону в первой серии первого сезона. И совершенно обходит молчанием гораздо более тотальную систему слежки, чем любые «чертоги разума» очередного злодея, разработанную американским правительством.


Одним словом Шерлок стоит на страже статус-кво правящего класса Британии — не хуже, чем Джемс Бонд. Именно такой герой востребован в неспокойные времена, сопутствующие кризису. Он гораздо эффективней отрядов riot police, корпоративных медиа и парламентских болтунов сохраняет сложившийся порядок, Сити и королеву!


 Впервые опубликовано на сайте Рабкор.ру 


Примечание: 
 
  1. Умберто Эко. Роль читателя. Исследование по семиотике текста. СПб, 2007. С 177

Комментариев нет:

Отправить комментарий