Поиск по этому блогу

19 июля 2013 г.

Александр Тихонов. Формирование социал-либеральной повестки "третьего пути"



Все это свидетельствует о том, что политическая модель, разработанная внутри Демократической партии США, была воспринята в качестве образца не только внутри англо-саксонского мира, но и за его пределами. Левоцентристы, возвращавшиеся к власти в Европе в конце 1990-х гг., вдохновленные электоральным успехом Билла Клинтона и Тони Блэра, старательно копировали не только их методы политического маркетинга, но и идеи. Вместе с тем, «новые демократы» и «новые лейбористы» своей политической практикой способствовали не только распространению философии «третьего пути», но и переходу социал-демократов на позиции социал-либерализма.




         В конце 1990-х гг. большинство социал-демократических партий в Европе и во всем мире стали именовать себя сторонниками «третьего пути». Сама эта концепция активно пропагандировалась лидером Лейбористской партии Великобритании (ЛПВ) Тони Блэром  в качестве эффективного средства модернизации идеологического фундамента социал-демократии. Популярность «третьему пути» добавляло то, что ее апологетом выступал лидер партии, которая после 18-летнего господства консерваторов сумела одержать убедительную электоральную победу. Однако «новые лейбористы» Блэра ковали свой успех, основываясь на успешном опыте американских «новых демократов», которые в 1992 году сумели добиться победы на президентских выборах в США. Рассмотрим, как формировалась эта англо-американская модель левоцентристской политики в эпоху глобализации.


           1980-е гг. оказались не лучшим временем для Демократической партии США - ее преследовали неудачи на президентских выборах. Во многом это было связано с распадом в американском обществе консенсуса вокруг политик «государства всеобщего благосостояния». Наглядно это недовольство проявило себя в ходе Конференции Управленцев (Conference Board), прошедшей в 1974 и 1975 гг. и объединившей 350 генеральных директоров ведущих корпораций, которые, в частности, констатировали, что: правительство США «слишком демократично и начинает забывать о ведущей роли корпораций и их прибыли в капиталистической экономике»[3, pp.203-205]. Несмотря на, то, что первые шаги на пути освобождения от имиджа партии «налогов и расходов», лоббирующей интересы профсоюзов, различных меньшинств и сторонников абортов, были предприняты еще администрацией Джима Картера, победа ускользала из рук демократов. Потребовалось 12 лет, чтобы внутри Демократической партии произошла переоценка приоритетов. Одним из первых, кто осознал необходимость перемен, был арканзасский губернатор Билл Клинтон.


В своих мемуарах он пишет о том, что в качестве председателя Ассоциации губернаторов-демократов он выступал на предвыборном национальном съезде партии в 1980 г. с призывом «изменить принципы работы демократической партии, чтобы достойно принять вызовы времени». Под этим Клинтон понимал отказ от традиционной политики демократов на «обеспечение благосостояния все большего и большего числа людей» в пользу решения вопросов государственного дефицита, инфляции, возвращения партии конкурентного преимущества, отсутствие которого заставило “многих перейти на сторону республиканцев или присоединиться к растущей группе «воздержавшихся»”[9, с.307-308].


Внутри партии стали возникать объединения, призванные провести переоценку партийного курса. Через месяц после поражения Картера национальный комитет Демократической партии поручил юристу Чарльзу Манатту (партнеру Уоррена Кристофера, будущего госсекретаря в администрации Клинтона) провести перегруппировку внутри партии. С этой целью был создан Совет демократических предпринимателей (Democratic Business Council), который включал близких к демократам представителей бизнеса с целью выработать альтернативу «рейганизму». Именно этот орган стал прообразом для возникшего в 1985 году по инициативе губернаторов Клинтона и Баббита, а также сенатора Гора Совета демократического лидерства. Цель его создания заключалась в том, чтобы «подготовить платформу, способную обеспечить демократам победу  на выборах, построенную на финансовой ответственности, новых творческих идеях в социальной политике»[9, с.349].


 Совет демократического лидерства стал интеллектуальным центром, где формировались идеи, легшие в основу стратегии «Новых демократов» Клинтона. Журналист Рональд Бронштейн, близкий к «новым демократам», сформулировал их следующим образом: «возможность и ответственность», «экономический глобализм», «фискальная дисциплина» и «правительство как катализатор». Автор критической истории Демократической партии Ланс Селфа следующим образом объяснил суть этих принципов: перенос ответственности за благополучие с государства на плечи граждан, способствование развитию свободной торговли во всем мире, минимизация государственных расходов и проведение небольших компаний социальной поддержки для самых незащищенных слоев общества[5, pp.73-74].  Исследователь современных политических коммуникаций Светлана Бодрунова отмечает, что для президентской кампании Билла Клинтона было характерно стратегическое планирование в работе со СМИ в сочетании с повышенной агрессивностью [8, с.172]. Все это позволило «новым демократам» достигнуть своей основной цели – изменить имидж партии в глазах избирателей и вернуть в партию голоса тех, кто в предыдущие годы поддерживал республиканцев (например «Демократы за Рейгана») и самого широкого круга избирателей. 


Успех «Новых демократов» на президентских выборах в 1992 году оказал сильное влияние на Лейбористскую партию Великобритании. Внутри нее уже шел процесс переосмысления своего идейного фундамента, но пример «новых демократов» Клинтона, несомненно, вдохновил «новых лейбористов» на более радикальное обновление. Тони Блэр весьма успешно копировал «домашнюю манеру, популистское чувство локтя и тактику отношения с общественностью Билла Клинтона» [6, с.38]. Вместе с тем «новый лейборизм» не сводился только к подражанию методам американского политического маркетинга, он еще и способствовал значительным переменам внутри ЛПВ.


Во-первых, по мнению Блэра, традиционные политические доктрины (социализм и консерватизм) исчерпали себя, и не могут более служить «надежным убежищем» в условиях, когда «всё должно быть обдумано и переосмыслено» [1, p.32]. Во-вторых, выступая за модернизацию социального государства, Блэр указывал на то, что оно должно строиться на взаимосвязи прав и обязанностей, которые идут рука об руку, и не зависеть от давления одной из групп населения[4, pp.348-3494.]. Это напрямую перекликается с идеей «новых демократов» о связи «возможности» и «ответственности». В-третьих, он признавал, что «экономика стала глобальной» и взаимосвязанной, так что политика изоляции невозможна. Рост потребительской культуры и сферы обслуживания, по мнению Блэра, заставляет человека воспринимать себя не только как производителя, но и как потребителя. Старое классовое деление становится неактуальным, а любая альтернатива свободному рынку - невозможной [2, pp.4-5]. Это ведет в свою очередь к пересмотру ключевого для лейбористов, как и других социал-демократов, понятия равенства. Для Тони Блэра оно больше не связано с борьбой с экономическим неравенством, а носит скорее характер этического и морального императива.


Электоральный успех «новых лейбористов» очень скоро стал примером для европейских социал-демократов, которые в большей или меньшей степени пытались копировать англо-американский опыт в рамках концепции «третьего пути». Примером этого идейного влияния может служить совместная статья лидера ЛПВ Тони Блэра и председателя Социал-демократической партии Германии Герхарда Шрёдера «Европа: Третий путь - Новая середина». В этом манифесте легко обнаруживаются идеи, сформулированные еще «новыми демократами» Клинтона. Блэр и Шредер отказываются от идеологизации понятия «левый» и тем более от его привязки к какой-либо социальной группе. Они критически относятся к предыдущим попыткам обеспечить «равенство в результатах». В духе идеи неоконсерваторов о «социально ответственной личности» они заявляют, что «тестом на справедливость общества является то, насколько эффективно используются эти средства, в какой степени они представляют людям возможность помогать самим себе».  [7, с.90-91]. Также это является парафразой идеи «новых демократов» о связи «возможности и ответственности». 


Т. Блэр и Г. Шредер видят роль государства в том, чтобы оно «меньше контролировало, больше предъявляло требований». В соответствии с этим необходимо сокращать государственные расходы и модернизировать сам аппарат, уменьшив бюрократию, что должно способствовать росту инициативы. Не отрицая полностью необходимости использования государственного долга для стабилизации «во время цикличного спада», Блэр и Шрёдер считают невозможным «дефицитное финансирование» социальных расходов, практиковавшееся социал-демократами в 70-е гг [7, с. 94-101].   


Авторы декларации понимают, что в условиях глобализации старые рецепты государственного регулирования не работают. Европейскому Союзу следует стать решающей силой в «либерализации мировой торговли». Вместе  с тем проблемы в сфере занятости, социальной защиты должны решаться не за счет «пассивной помощи жертвам несостоятельности экономики», а за счет создания трамплина «для прыжка к собственной ответственности»[7. c.94-101].


Все это свидетельствует о том, что политическая модель, разработанная внутри Демократической партии США, была воспринята в качестве образца не только внутри англо-саксонского мира, но и за его пределами. Левоцентристы, возвращавшиеся к власти в Европе в конце 1990-х гг., вдохновленные электоральным успехом Билла Клинтона и Тони Блэра, старательно копировали не только их методы политического маркетинга, но и идеи. Вместе с тем, «новые демократы» и «новые лейбористы» своей политической практикой способствовали не только распространению философии «третьего пути», но и переходу социал-демократов на позиции социал-либерализма. В условиях экономического роста 1990-х и первой половины 2000-х гг. стирание отличий между левыми и правыми воспринималось как шаг вперед. Однако в условиях экономического кризиса сторонники подобной конвергенции очень быстро стали терять свое былое влияние. Это, в свою очередь, вело к забвению идей «третьего пути», который утратил свою привлекательность по мере ухода с политической арены политиков, пропагандировавших его.



Библиографический список

1. Blair, Tony. Forging a new agenda [Электронный ресурс]- http://www.amielandmelburn.org.uk/collections/mt/index_frame.htm (дата обращения: 10.01.2011).
2. Blair, Tony. Socialism. [Текст]  London: Fabian Society. 1994. P.9.
3. Gordon, David. Fat and Mean: The Corporate squeeze of working Americans and the myth of managerial “downsizing”.[Текст] New York: The free press. 1996. P.336.
4. New Labour: because Britain deserves better. Election manifesto 1997. [Текст]// Labour party general election manifestos 1900-1997/ Ed. By Iain Dale: London: Politico’s Publishing. 2000. P 345 - 349.
5. Selfa, Lance. The Democrats: a critical history. [Текст] Chicago: Haymarket Books. 2008. P 241.
6.Бзежинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. [Текст] М.: Международные отношения, 2005.- 256 c.
7. Блэр Т., Шрёдер Г. Европа: Третий путь - Новая середина [Текст] /Т. Блэр, Г. Шрёдер// Социал-демократия перед лицом глобальных проблем: проблемно – тематический сборник / РАН ИНИОН; М., 2000. C 88 – 105.
8. Бодрунова С.С.  Современные стратегии  британской политической коммуникации. [Текст] М.: Товарищество научных изданий КМК, 2010, C 423.
9.Клинтон У.Д. Моя жизнь. [Текст] М.: Альпина  Бизнес Букс, 2005. C 1088. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий