Поиск по этому блогу

30 мая 2013 г.

Александр Берегов. Слагаемые успеха



Значит ли это, что партия отжила свой век? Нет. Очевидно, что партийная форма организации не уйдет до тех пор, пока сама политика не изменится радикальным образом. Требовать полного отказа от партии столь же нелепо, как поворачиваться во время боя к противнику спиной или исключать те или иные элементы военной тактики и стратегии – под предлогом, что они не соответствуют, скажем, нормам морали. Но мы не должны и идеализировать партию, а тем более не должны противопоставлять ее стихийной низовой организации масс.




«Традиции всех прошедших поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых», – писал Маркс в работе «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта. В этом смысле «партия ленинского типа» явно тяготит умы левых на постсоветском пространстве. Каждая социалистическая или коммунистическая организация уже мнит себя основой будущей революционной партии и пытается вести себя соответствующим образом. По большей части, все это оборачивается даже не трагикомедией, а банальным фарсом – и фетиш строительства партии по-прежнему остается теми самыми граблями, которые заслуживают лучшего применения.


Хвалебная ода партийной организации, вышедшая из-под пера Артема Кирпиченка, — еще один пример подобного подхода. Возможно, она осталась бы незамеченной на фоне других более-менее схожих по содержанию статей, если бы автор не апеллировал к современной ситуации и порождаемой ею формам протестной организации – от площади Тахрир, через испанских «возмущенных» к движению «Оккупай Уолл-стрит».


Основной посыл статьи автора таков – только партия как форма политической организации пролетариата способна привести революцию к победе. Любые горизонтальные формы организации – пустая и не эффективная трата времени. Вывод, который должен сделать читатель, прост – надо строить партию, а если партия по какой-то причине окажется неспособна захватить власть, то причина этого кроется в «перерождении руководства».


Глядя на опыт победоносных революций, к которому обращается Артем Кирпиченок, не трудно заметить, что в исторической перспективе все они подверглись этому пресловутому перерождению. С другой стороны, в выстроенную им историческую схему необходимости наличия партии для победы революции совершенно не вписывается Германия, которая к началу ХХ века обладала образцовой партийной машиной – СДПГ, на которую, в том числе, с восхищением смотрели русские революционеры, пытаясь копировать ее опыт. Однако наличие мощной партии с разветвленной системой аффилированных организаций вовсе не стало препятствием на пути контрреволюции.


Возможно, причина злоключений партий рабочего класса в ХХ веке кроется не только в неминуемом «перерождении руководства», а в том, что сам эта форма политической организации глубоко буржуазна, используется сугубо по необходимости, и, к сожалению, при отсутствии живого творчества масс достаточно быстро начинает воспроизводить все пороки, свойственные политической системе капитализма.


Что касается масс, то в последние тридцать лет, после победного шествия неолиберализма, с ними все тоже обстоит не так просто, как кажется. Собственно, одной из важнейших задач, которую решали политики эпохи Тэтчер и Рейгана, было восстановление классовой власти капитала после нескольких десятилетий уступок в рамках концепции «государства всеобщего благополучия». Одним из результатов этого стало переформатирование рабочего класса и разрушение созданных им организаций. Казалось, что распад Советского Союза окончательно похоронил любую альтернативу неолиберальной политике. Именно в это время происходит действительное перерождение партий, связанных и во многом создавших традицию рабочего движения. Так социал-демократы принимают концепцию «третьего пути», которая завела их в болото социал-либерализма. А «еврокоммунизм», в лице своего флагмана – Итальянской коммунистической партии, – и вовсе сошел с исторической арены.


Таким образом, деградация политической традиции, восходящей к началу ХХ века, совпала с изменением внутри рабочего класса, который, с одной стороны, стал куда больше количественно, а с другой стороны изменился качественно.


Мировой экономический кризис отнюдь не исправил ситуацию. Несмотря на растущее недовольство неолиберальной политикой жесткой экономии, левые партии в основной своей массе оказались неспособны использовать растущее возмущение для усиления собственных позиций.


Значит ли это, что партия отжила свой век? Нет. Очевидно, что партийная форма организации не уйдет до тех пор, пока сама политика не изменится радикальным образом. Требовать полного отказа от партии столь же нелепо, как поворачиваться во время боя к противнику спиной или исключать те или иные элементы военной тактики и стратегии – под предлогом, что они не соответствуют, скажем, нормам морали. Но мы не должны и идеализировать партию, а тем более не должны противопоставлять ее стихийной низовой организации масс.


То, что протестные настроения, вспыхнувшие на севере Африки, в Испании и в США, оказались шире прокрустова ложа партии, говорит отнюдь не против тех ассамблейных форм организации, которые принимают эти протесты – а против существующих партий, которые, в силу косности и неповоротливости, не способны аккумулировать стихию улицы.


Это наглядно демонстрируют выборы в Италии, где клоун-миллионер, используя темы из багажа левых – критику международных финансовых институтов, мер жесткой экономии и деградировавшей итальянской политической системы, сумел получить 25% голосов. В то время, как партии левее социал-либеральной Демократической партии ограничились 2-3%. Активист итальянского Северо-Восточного социального центра Серджио Жулиани видит причину успеха Беппе Грилло в том, что «радикальные левые оказались не в состоянии отделить себя от старых представительных механизмов, которые рассматриваются как часть истеблишмента». Талантливый популист сумел аккумулировать голоса недовольных политической системой и мерами жесткой экономии в рамках своего проекта «Движения пяти звезд» – что, в частности, не позволило возникнуть итальянскому варианту «возмущенных» или «оккупай».


С другой стороны, мы видим пример греческой «Сиризы», которая единственная из партий поддержала массовые протесты против жестокости полиции в 2008 году и последовательно выступала против проводимого Социалистической партией политики затягивания поясов – но и не попала в ловушку сектантского пуризма, как греческая Компартия. Это позволило партии превратиться в значимую политическую силу, представляя практически единственный пример успешной леворадикальной политики в Европе за последние годы.


Другой пример продуктивной связи партии (иерархия) и горизонтально организованного движения можно увидеть в борьбе чилийских студентов за доступное образование. Известный марксист Дэвид Харви следующим образом описывает этот уникальный опыт: «Мне кажется, что успешное движение всегда представляет собой сочетание горизонтальных связей и иерархии. Самое впечатляющее из того, что я видел, было движение чилийских студентов, одним из лидеров которого является молодая девушка-коммунист [Камила Вальехо]. Это движение является полностью открытым и горизонтально организованным настолько, насколько это возможно при принятии решений и независимо от воли центрального комитета. Но, вместе с тем, если руководство движения призвало к действию, все должны участвовать. Если мы будем развивать этот подход, мы получим более гибкую систему организации левых».


Нам, левым активистам постсоветского пространства, стоит повнимательней присмотреться именно к этому опыту. Деиндустриализация и слабое профсоюзное движение вкупе с ублюдочной политической системой – все это свидетельствует о том, что повторения Октября не будет. Не стоит ждать, что во время кризиса железные когорты пролетариата придут в партию и совершат революцию под ее мудрым руководством. Нас ждет неопределенное будущее, в котором нам придётся бороться за влияние в массах с правыми популистами и прочими проходимцами.


Прошлогодние протесты в России показали, что левые должны заново учиться искать подход к массам. Победный опыт прошлого не отменяет необходимости вырабатывать тактику и стратегию, адекватную сегодняшнему дню. И одна из основных задач на этом пути состоит в том, чтобы найти баланс жестких централистских форм организации, свойственных политическим партиям, и стихийной, горизонтальной и демократической организации, свойственной массовому движению. Это и станет главным слагающим успеха левых.


Впервые опубликовано на сайте украинских левых liva.com.ua

1 комментарий:

  1. почему же спиной? сажать всех "партейных" сразу, как тока вылупляются. Только только "манихфест" свой напишут - сразу ВГМС. Депортация-с. Только политика "прямого действия", только хардкор.

    ОтветитьУдалить